Неточные совпадения
Одной бедой не кончилось:
Чуть справились с бесхлебицей —
Рекрутчина
пришла.
Собрались татары в кружок, и старик из-под горы
пришел. Стали говорить. Слышит Жилин, что судят про них, что с ними делать.
Одни говорят: надо их дальше в горы услать, а старик говорит: «надо убить». Абдул спорит, говорит: «я за них деньги отдал, я за них выкуп возьму». А старик говорит: «ничего они
не заплатят, только
беды наделают. И грех русских кормить. Убить, — и кончено».
— Ну, этих книг Марко Данилыч вам
не купит, — сказала Марья Ивановна. — Эти книги редкие, их почти вовсе нельзя достать, разве иногда по случаю. Да это
не беда, я вам
пришлю их, милая, читайте и
не один раз прочитайте… Сначала они вам покажутся непонятными, пожалуй, даже скучными, но вы этим
не смущайтесь,
не бросайте их — а читайте, перечитывайте, вдумывайтесь в каждое слово, и понемножку вам все станет понятно и ясно… Тогда вам новый свет откроется, других книг тогда в руки
не возьмете.
— Какое! Восьмеро ребят, мал мала меньше, — отвечал
один из пильщиков, — да такой уж человек бесшабашный. Как это попадут деньги —
беда! Вот хоть бы теперь: всю дорогу пьянствовал.
Не знаю, как это, с чем и домой
придет.
Как верный историк, я должен упомянуть, что всех более в этом похмелье досталось Афанасию Матвеичу, который забился наконец куда-то в чулан и в нем промерз до утра. Наступило наконец и утро, но и оно
не принесло ничего хорошего.
Беда никогда
одна не приходит…
— И, сударь!
Придет беда, так все заговорят
одним голосом, и дворяне и простой народ! То ли еще бывало в старину: и триста лет татары владели землею русскою, а разве мы стали от этого сами татарами? Ведь все, а чем нас упрекает Сила Андреевич Богатырев, прививное, батюшка; а корень-то все русской. Дремлем до поры до времени; а как очнемся да стрехнем с себя чужую пыль, так нас и
не узнаешь!
Андрей Титыч. Да что со мной, дураком, толковать-с; я просто пропащий человек, от своего собственного необразования. Болтаю, что в голову
придет, всякие наши рядские глупости. Вы думаете, что я
не чувствую вашей ласки, — да только я выразить
не умею. Мне как-то раз показалось, Лизавета Ивановна, что вы на меня повеселей взглянули, так я загулял на три дни, таких вертунов наделал, —
беда!
Одному извозчику что денег заплатил.
— Видел, — отвечает, — и потрафлю, только разве как бы малость чем живее
не сделал, но это
не беда, когда икона сюда
придет, я тогда в
одну минуту яркость цвета усмирю.
Хирин. Если
придет депутация, то я спрятаться могу.
Не велика
беда… (Пишет.) Семь…
один… семь… два…
один… пять… ноль. Я и сам беспорядков
не люблю… Семь… два… девять… (Щелкает на счетах.) Терпеть
не могу беспорядков! Вот хорошо бы вы сделали, если бы
не приглашали сегодня на юбилейный обед дам…
Главное, обидно то, что всё это случай — простой, варварский, косный случай. Вот обида! Пять минут, всего, всего только пять минут опоздал!
Приди я за пять минут — и мгновение пронеслось бы мимо, как облако, и ей бы никогда потом
не пришло в голову. И кончилось бы тем, что она бы всё поняла. А теперь опять пустые комнаты, опять я
один. Вон маятник стучит, ему дела нет, ему ничего
не жаль. Нет никого — вот
беда!
Тяжела, видно, свекрова рука пришлась!.. Зачахла. Месяцев через восемь померла. Ха-ха-ха!.. Слава богу, думаю, теперь у Митьки руки развязаны, поревет-поревет, да и справится… Быль молодцу
не укора, будет опять человек… Да
беда не живет
одна: ты от горя, оно тебе встречу;
придет чаша горькая — пей до дна…
Груня (
одна). Отец
не ночевал дома. Видно, где-нибудь достал денег; опять задаток получил и опять прогуляет. Доживем до
беды! Да и Александр Парфеныч
не приходил вчера. Что-то сердце-вещун так и ноет… А узнать
не от кого. (Садится за работу.)